19 марта 2026
15 марта участники клуба «Созвучие» были приглашены в г. Краснодар на юбилейный концерт «Миры Ольги Корницкой в стихах и песнях». С краснодарским объединением авторской песни «Островок» под руководством В. Яковлева Литературный клуб «Созвучие» связывает многолетняя творческая дружба.
Владимир Яковлев – известный в бардовских кругах автор-исполнитель, уникальный композитор, аранжировщик, организатор фестивалей. В содружестве со своей женой, поэтессой Ольгой Корницкой, пишет и исполняет прекрасные мелодичные песни.
Ольга Корницкая – тонкий лиричный поэт, бережно относящийся к литературному слову и культуре поэтической речи. Такие авторитетные авторы, как Владимир Ланцберг и Александр Дольский называют ее не иначе как Мастером слова и Поэтом с большой буквы. Афишу украшал портрет Ольги работы краснодарского художника Сергея Камышина.
Концерт, представленный двумя мастерами, доставил настоящее эстетическое наслаждение любителям и ценителям музыки и поэтического слова. Более двух часов при полной тишине в заполненном зале звучали глубокие проникновенные стихи в обрамлении прекрасной музыки.
Такие вечера неповторимы. Никакая запись на передает энергетику живого исполнения, когда исполнители и слушатели составляют одно целое, и даже дыхание происходит в унисон.
К сожалению, в настоящее время мероприятия высокого интеллектуального уровня, требующие от слушателя не только умственной работы, но и тонкого душевного восприятия, мало интересуют руководителей городов. Концерт проводился в более чем в скромной обстановке, в полуподвальном помещении малоизвестного музея. Это конечно не то место, где должны обитать музы. Как написал известный бард, ученый с мировым именем Александр Городницкий: «Искусство существует, как когда-то, на скромные подачки населенья».
Предлагаем вниманию наших читателей некоторые стихи Ольги Корницкой разных лет из сборников «Экспрессия весны» и «Серебряным колокольчиком», подаренных автором литературному клубу «Созвучие». Видеозаписи концерта смотрите по ссылке: https://vk.ru/clips/playlist/-106034630_1
Май полон был дождём певучим.
Цвела и маялась весна,
Гоняя кошек, птиц и тучи.
И оставляла всех без сна.
Ведь не уснёшь – озон повсюду!
Черпай хоть кружкой, хоть ведром,
Любой пригодною посудой!
А как бывал раскатист гром,
Когда сшибались лбами тучи!..
Гостил тут Лермонтов у нас,
Так он сказал: «Послушай, Тютчев,
За что я так люблю Кавказ!..»
***
НАШ ОСТРОВОК
Солнце реку окрасило в розовый,
Чуть дрожит на воде поплавок…
Мир богат и теплом, и морозами –
Обитаемый наш островок,
Омываем пространством и временем,
На вселенских качаясь волнах…
Мы живём здесь ненайденным племенем,
И витаем в невиданных снах.
Наши сны о родном и непознанном,
И прозрачны они, как роса.
И под небом с июньскими звёздами
Наших песен летят голоса.
Снова солнце усталое катится,
Словно яблоко с края стола,
Упадёт. Вот и кончилась пятница,
И неважно, какого числа.
Будет встреча какая-то новая.
Нет, туристские карты не врут.
И как компас, иголка сосновая
Самый точный укажет маршрут.
На поляну с палатками пёстрыми,
А вокруг всё леса да поля.
Мы живём во Вселенной на острове
Именуемом нами – Земля.
***
ЗИМОЮ ТАК ЗАВЕДЕНО.
Пластинка кружит. Так заведено.
Той девочке не больше, чем пятнадцать.
Её мамаше нечем заниматься…
Она печёт пирог и пьёт вино.
Не то, чтоб пьёт… Смакует, по чуть-чуть…
Вчера шёл снег: летел, искрился, падал.
И так весь день… Он шёл с тобою рядом.
Потом прилёг на крыше отдохнуть.
И стало — и морозно, и бело.
И даже чересчур снеговикато.
Взлетели втрое цены на лопаты…
На кухне затуманилось стекло…
Готов пирог. Он удался не зря.
Вот-вот слетит с опознанной орбиты,
Китайскою гирляндой перевитый,
Пройдоха Карлсон, крестник декабря…
Шёл первый снег. И был, как первый приз
Зимы, такой, по сути, аномальной.
И хрусток, как воротничок крахмальный,
Морозный воздух, и предельно чист.
Как Карлсоном надкушенная пицца…
А девочке Париж зачем-то снится…
Нет, девочка ещё не влюблена.
И в том краю, где буйство соловьёв,
Задолго до разлук и потрясений,
Ночным цветущим лугом и осенней
Листвой опавшей пахнет сон её.
Что ей дано, то многим не дано…
Её секретов я тебе не выдам.
А снег опять, не подавая виду,
Пойдёт. Зимою так заведено.
***
Проходит всё. Пройдёт и это.
Жизнь, как мелодия с листа.
Жизнь, расплескавшая цвета.
И этот час перед рассветом…
Где всё – туман, роса, слеза…
Сквозь дым костра,
почти, как в небыль,
Ты просто смотришь мне в глаза.
А в них – светлеющее небо.
***
Расплескались столетья дорожною пылью.
Приоткрыт жёлтый глаз восходящей луны.
Первый тост – хриплый ворона крик над ковыльем
И горчащий настой вековой тишины.
Силуэты церквей обозначились резче.
Различима едва жизни тонкая нить.
Православная Русь своим детям беспечным
Завещает их суетный мир сохранить.
За двухтысячелетье
мы выпили чашу
Всепрощенья. Но в сердце растет непокой.
Пусть на грешной земле
люди сеют и пашут,
И за это поднимут свой кубок второй.
Третий … Нет, подождём!
Он остался за нами:
Слишком рано подносим утеху к устам.
Прежде снимем с креста мы распятую память.
И узнаем: а совесть ли наша чиста?
***
ПРИЗНАНИЕ
Я люблю тебя слушать. Часами смотреть
На горячее
рваное жёлтое пламя.
К середине подходит
последняя треть
Тех дождей, что ещё не пролились
над нами.
А потом
будет робкий мерцающий снег
Вперемешку со звёздами зимнего неба.
Я люблю твой какой-то особенный смех.
Я люблю эту быль,
уходящую в небыль.
Всё условно, как время. Зачем повторять…
Будет всё, кроме капли, что лишняя в чаше:
И миндаль, и калины цветущая прядь,
И тарелка разбитая
с манною кашей.
Долетит, словно камушек лёгкий
в стекло,
Чьё-то
полузабытое
звонкое имя…
Сколько тысяч песчинок сквозь пальцы прошло…
И миров, сотворённых стихами
твоими…
А просохшие слёзы – так было у всех.
Мы с тобой повстречаемся, где бы ты не был.
А потом
будет робкий мерцающий снег
Вперемешку со звёздами зимнего неба.
